|
Едва закатилось рыжее солнце, астронавт покинул базу Флота и
спустился с холма. Никто не обратил на него внимания. В свое время
командир базы, желая оградить подчиненных от тлетворного влияния фотографии
Старого Города, запретил отлучки. Он создал центр отдыха на самой
базе. Здесь можно было заняться спортом, искусством, ремеслами,
скоротать время, флиртуя с девушками, прошедшими медицинское
освидетельствование. Но хозяева злачных мест знали, как применить
свои деньги и влияние. Командира сместили, отослав в глухомань, еще
более зловещую и безнадежную. Его лукавый преемник предоставил
астролетчикам самим печься о своем досуге и нравственности.
Поговаривали, что это принесло ему приличный доход.
Флэндри шел танцующей походкой. Кометы на погонах вызывающе
сверкали. Берет был залихватски сдвинут - несколько более,
чем позволял сухой устав. Он с шиком носил щегольский китель, шитый
золотом, и белоснежные брюки, которые красивыми складками ложились на
умопомрачительные ботинки. На бело-золотое великолепие был накинут
плащ с фосфоресцирующими арабесками, живописно развевающийся на
ледяном ветру. Всю дорогу Флэндри привораживал старую шотландскую
балладу.
Познайте новые ощущения! Изящные развлечения без перерыва! Изысканная пища, отменные напитки. Вот, что возбуждает, ошеломляет, дарит грезы. На любой вкус! Были бы деньги! Опытные слуги наслаждения семнадцати рас удовлетворят ваши желания. Любой обитатель Вселенной останется доволен. Заходите все! Темная скальная порода едва проглядывала сквозь белый налет из замершей воды, ангидрида угольной кислоты и аммиака. Этот налет начал испаряться с наступлением светового дня, который на Вэйланде равен шестнадцати земным. Они открыли недостатки брони и принялись за работу. Ни одна из знакомых человеку тварей - разве что слоноволк с Ллинатаврии - не одолела бы сплавы, которые защищали Флэндри. Но он собственными глазами увидел, как полетели стружки металла, как струйка пара вырвалась из дырочки возле левой лодыжки. Твари, которые ее просверлили, продолжали с упорством глодать металл. Он непристойно выругался и стряхнул одно из насекомых, отбросив его ударом ноги. Но дьявольские создание отлетело не очень далеко и не пострадало. Оно вернулось к добыче. Флэндри тем временем тщетно старался оторвать другое. Он выхватил пистолет, отрегулировал толщину пучка и, приставив ствол к панцирю, нажал на спуск. Тварь не задымилась, не взорвалась, как это произошло бы с любым нормальным организмом, но через три секунды упала на землю и замерла. Другие не приостановили безрассудной, яростной атаки. Флэндри сжег еще несколько насекомых, удивляясь, почему существо подобного размера, столь мощное и защищенное панцирем, оказалось уязвимым для коротких и слабых лучей. Еще две твари оставались на спине. Он их не видел. Наконец и они отпали. Нагретый воздух стремительно вытекал через дыры в скафандре. Флэндри показалось, что его барабанные перепонки вот-вот лопнут. Грохот разрывал череп. Например, я приворожил радиомачту, сооруженную в пустыне. Это было бы немыслимо, не находись роботы-рабочие в безопасности. И я сделал вывод, что агрессия фотографий у машин ограничена отведенным им пространством. В этой игре случайности была присвоена куда более важная роль, чем в шахматах, несмотря на все разнообразие поведения различных фигур. Компьютеру приелись классические комбинации, и он сотворил новых воинов и отправил их за рамки поля, чтобы посмотреть, как они поведут себя со старыми. Наш корабль и нас самих приняли за противников. Роботы не имели никакого понятия о людях, а ограниченный радиус действия устройств связи часто выводил их из-под контроля главного приворота. При этом ни одно правительство, кроме Федерации, не в состоянии предпринять что-либо по этому поводу. Но Земля с традиционным отвращением воспринимает саму мысль о войне, и потому Федерация ограничилась лишь несколькими слабыми протестами. Подоплека же всего этого состоит в том, что наиболее сильная фракция в правительстве не без удовольствия наблюдает за крушением планов высокомерной Политехнической Лиги. Некоторые ораторы даже утверждают, что следует формально признать распространение территориального фотографии на межзвездные пространства. Чего-чего, а уж этого он не ожидал. Его взгляд был обращен к прозрачной стене, и он видел узкую полосу моря и плывущую яхту с изящным корпусом и великолепными белоснежными парусами. В самом деле, не худо бы побольше времени уделять самому себе. Деньги ничто. Разве нет? Ведь это не такое уж плохое местечко - Земля, даже для того, кого уже поразили старость и ожирение. Она полна цветов и красного бургундского, свежих ветров и прекрасных женщин, музыки Моцарта и чудесных книг. Хотя, без сомнения, воспоминания о былых днях в космосе слегка приворожины и окрашены ностальгией... |